Бизнес, построенный на надежде

Как киевские врачи, проводя сомнительное лечение, зарабатывают на дебатах о стволовых клетках

Момент рождения своей последней надежды семья Эльясник снимает на видеокамеру: седоволосый врач склоняется над их дочерью Райлой и вводит ей в левую ягодицу материал. Он медленно надавливает на поршень шприца, и молочно-золотистое содержимое проникает в тело девочки.

Семья с больным ребенком преодолела 20 000 км и заплатила 15 000 долларов за четыре укола двух миллилитров жидкого материала, от которого они ожидают чуда.

По причине несчастного случая в бассейне Райла в течение 6 минут находилась без кислорода. С тех пор 3,5-летняя девочка парализована. "Мы сделаем все возможное, чтобы она смогла снова танцевать и разговаривать", – говорит мама.

Александр Смикодуб – так зовут врача, обещающего спасение. Он и его коллега Алексей Карпенко принимают западных пациентов в одной из полуразвалившихся клиник, где водят им коктейль из клеток абортированных эмбрионов. СПИД, рассеянный склерокз, сахарный диабет, депрессия – вряд ли найдется такое заболевание, которое украинские врачи-кудесники не могут вылечить или хотя бы облегчить. Их стволовые клетки помогают даже при импотенции.

Бизнес, построенный на надежде, идет хорошо. "Каждый год мы лечим более 200 пациентов", – рассказывает Смикодуб. Многие американцы узнают об "ЭмСелл" через Интернет. "А вот уже месяц каждое второе письмо приходит из Германии", – говорит руководитель клиники Карпенко.

Причина этого – статья в журнале "MAX". Там "стволовые клетки из Киева" удостоились эксклюзивного репортажа. В то время, как на Западе спорят об этической стороне данного вопроса, никем не замеченный "прорыв" продолжается уже годы: "Украинские врачи лечат стволовыми клетками", – говорится в статье.

Обреченные люди быстро ухватились за эту соломинку. "Люди хотят знать, могут ли они лечится в Киеве", – говорит Ганс Лохмюллер, специалист по дистрофии из мюнхенского Центра генных заболеваний. "Само собой разумеется, что люди хватаются за любую соломинку", – объясняет Ральф Гольд, специалист по рассеянному склерозу клиники г. Вюрцбурга.

Киевские врачи хорошо зарабатывают на дебатах о стволовых клетках, в которых обсуждается безграничный потенциал "чудо-клеток" эмбрионального происхождения. "Мы будем укорять себя всю жизнь, если не примем опыт Киева, а позже вдруг окажется, что это лечение действительно работает", – говорит Хольгер Вайнент из Северной Германии.

У его 5-летнего сына мышечная дистрофия Дюшенна. "Пока он еще может бегать, но пройдет несколько лет, и он окажется в инвалидной коляске", – говорит обеспокоенный отец.

Карл Берендт из Рейнской провинции, страдающий рассянным склерозом, направил в Киев письмо по электронной почте. Он сказал, что у него "достаточно собственных денег для лечения". Ответ не заставил себя ждать: ему необходимо заплатить 15 000 евро, после чего ему сделают 2–3 трансплантации эмбриональных стволовых клеток.

Эти пионеры клеточной терапии говорят о благих намерениях, хотя не используют те виды стволовых клеток, о которых сейчас спорят на Западе. Врачи из Киева зарабатывают намного больше, используя "2–8-недельные эмбрионы", получаемые в результате абортов.

Эти ткани уже прошли первую стадию дифференциации. В то время, как западные ученые пытаются понять полный механизм специализации клеток, А. Смикодуб считает, что это ненужная трата времени: "Все чепуха! Клетки сами знают, как им дифференцироваться, и сами находят путь к поврежденным органам".

Смикодуб подчеркивает, что клетки могут проникать в головной мозг и излечивать болезнь Паркинсона и Альцгеймера. А как насчет того, что головной мозг отделен от тела барьером, который, по мнению западных ученых, не может быть преодолен клетками?

А. Смикодуб и А. Карпенко обсуждают и другие проблемы. Альбрехт Мюллер из Вюрцбурга, который занимается клеточными исследованиями, интересуется, например, не отторгаются ли стволовые клетки иммунной системой пациента. Или, например, не ускорится ли рост клеток реципиента, и не будут ли образовываться опухоли в случае преимущества иммунной системы стволовых клеток?

На эти вопросы А. Смикодуб отвечает кратко: "Ерунда" или "Чепуха". "Как эти люди хотят узнать все?" – задает он вопрос и при этом подчеркивает с превосходством: "Ни у кого, кроме нас, нет опыта проведения трансплантаций стволовых клеток людям".

Опыты на животных, исследования в пробирках, публикации в научных журналах – все это дуэт из Киева считает лишним. "Зачем нам микроскоп, если мы видим положительный эффект лечения собственными глазами", – говорит Карпенко.

А. Смикодуб очень охотно рассказывает о патентах, которыми обвешана стена за его столом, два из которых выданы США. Гораздо менее охотно он говорит о том, что патент еще не доказывает функциональность нового метода, а говорит только о полной новизне изобретения.

Больше всего оба врача любят рассказывать свою легенду: "Нам бы очень хотелось найти партнеров в Европе или в США", – говорит Карпенко. Но оттуда они получают только отказы. Карпенко видит в этом своего рода заговор: "Вероятно, они просто боятся конкуренции".